А судьи кто?
Меня всегда очень забавляет, когда здесь, на форуме, безымянные микроорганизмы «критикуют» Сталина. Я ни на секунду не сомневаюсь, что среди «критиков» особенно усердствуют именно те, кто за свою никчемную жизнь ничего не создал, не построил, книжки лишней не прочитал, не умеет управлять даже небольшим коллективом, хотя бы бригадой сантехников.
Молодой инженер Сергей Павлович Королев, работающий по сталинской программе прорыва в космос, был настолько потрясен смертью великого человека, что написал письмо в ЦК, в котором предлагал построить для Сталина усыпальницу из стекла, созданного для космических кораблей – величественную и неподвластную времени.
Маршал Рокоссовский, человек, о мужестве и хладнокровии которого ходили легенды, потерял сознание у гроба Сталина. И это великие люди, знавшие, что такое ГУЛАГ не по измышлизмам Солженицына (по некоторым источникам – лагерного стукача «Ветрова»), а по своему опыту – и не затаившие зла на Сталина.
В день 80-летия Сталина его заклятый враг, уже затеявший «холодную войну» против России, Уинстон Черчилль произнес в парламенте Великобритании такие слова:
«Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жесткому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь.
Сталин был человеком необычайной энергии и несгибаемой силы воли, резким, жестким, беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин прежде всего обладал большим чувством юмора и сарказма и способностью точно воспринимать мысли. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов.
Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логически осмысленной мудростью. Он был непобедимым мастером находить в трудные моменты пути выхода из самого безвыходного положения.
Кроме того, Сталин в самые критические моменты, а также в моменты торжества был одинаково сдержан и никогда не поддавался иллюзиям.
Он был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе огромную империю. Это был человек, который своего врага уничтожал своим же врагом. Сталин был величайшим, не имеющим себе равного в мире, диктатором, который принял Россию с сохой и оставил ее с атомным вооружением. Что ж, история, народ таких людей не забывают».
В искренности этих слов сомневаться не приходится – Сталина уже нет живых, «холодная война» в разгаре, микроб Никитка уже начал «разоблачать культ личности», никакой политической выгоды от такого панегирика Черчилль получить не мог, но отдал долг великому человеку.
Единственное слово, несущее якобы отрицательный контекст – это слово «диктатор».
Но что такое диктатор? В Древнем Риме, когда над республикой нависала крайняя опасность, консулы по решению сената избирали диктатора – человека, в руках которого сосредотачивалась вся полнота власти. Древние римляне понимали, что именно такая форма правления обеспечивает оптимальное управление в критических ситуациях. Обычно диктатор получал свою власть на полгода, но при Сулле и Цезаре ограничений по сроку уже не было, «диктатор перпетуус» получал власть пожизненно.
Консул Луций Квинкций Цинциннат дважды назначался диктатором. В первый раз, когда враги напали на Рим, к нему, пахавшему поле, пришли послы от сената. Попросив его надеть тогу, чтобы не нарушить торжественность момента, послы приветствовали его, как диктатора. Легенда рассказывает, что Цинциннат выпряг волов и оставил плуг в борозде. Одержав блистательную победу, Цинциннат вернулся домой, сдал полномочия диктатора, вновь запряг волов – и продолжил пахать поле. Вполне сталинская простота нравов и нестяжательство.
Кстати, Сталин не раз пытался уйти со своего поста, выйти на пенсию – но ведь некому было передать ответственность за великую страну. И появление на сталинском посту убогого разумом Никиты – самое убедительное доказательство тому.
Второй раз его призвали в диктаторы, когда всадник Мелий затеял внутренние распри в Риме. Цинциннат послал к Мелию начальника конницы Сервилия, и когда Мелий отказался явиться к диктатору, Сервилий убил его. Цинциннат одобрил действия Сервилия, приказал имущество убитого взять в казну, дом его разрушить, а место, где стоял дом – распахать. Вполне сталинская суровость к врагам народа.
И что? А ничего. Цинциннат вошел в историю, как образец чести и гражданского мужества. И поучающие всех демократии американцы назвали в честь диктатора большой город в штате Огайо – Цинциннати. И не собираются его переименовывать ни в «Волгонати», ни в «Огайоград».
И разве не в критической ситуации, не в величайшей опасности находилась Россия и перед войной, и во время войны, и после войны? В этих условиях стране, как и Древнему Риму требовалось правление диктатора. А если диктатор гениальный, энергичный, волевой, смелый, обладающий логически осмысленной мудростью, умеющий найти выход из самого безвыходного положения (как описывает Черчилль) – то можно ли найти лучшую форму правления? Так что не будем кривиться при слове «диктатор».
« …От равных вам дождетесь Вы мудрого суда, И беспристрастно взвесит Он подвиг ваш тогда» – писал Киплинг.
Вот этот суд равных для Сталина – это суд Королева и Рокоссовского, суд Черчилля и Керенского, суд авиаконструктора Яковлева и конструктора-артиллериста Грабина.
Но когда судить берутся микроорганизмы типа кукурузника Хрущева или безымянных злопыхателей с форума – это просто смешно.
Александр Трубицын